ГЛАВА 3. Зачарованный лес
Первое, что Айна учуяла, очнувшись — запах жарящейся на углях рыбы. Он долетал через окно до постели, заставляя встрепенуться и потянуться. Впервые за много дней она чувствовала себя прекрасно — тело было легким, как пушинка, почти воздушным, заставляя улыбаться новому дню. Когда она в последнее время так чудесно высыпалась?
Дверь еле слышно стукнула — и в комнатушку, служащую ей спальней, буквально вплыла ослепительная красавица, наряженная в ярко-синюю тунику — и — вот же бесстыдство — штаны! Да какие — узкие, облегающие фигуру так, что каждая выпуклость видна, и заправленные в высокие сапоги. Красавица повернула голову к ней и лучезарно улыбнулась, блеснув расплавленным золотом глаз с вертикальным зрачком.
Иршасса!
Шайрин… подвал, цепи, нападение… Память обрушилась резко и немилосердно, заставляя сцепить зубы. Нет, как ни странно, ей не было жаль того, что она чуть не убила чужака — скорее, было прискорбно, что она так и не смогла этого сделать. Теперь, скорее всего, у неё появился очень опасный и обозлённый враг.
— Как я тут оказалась? Дана…
— Просто Шайрин, — златовласка смотрела серьезно и задумчиво, словно что-то решая про себя, — я в долгу перед тобой, девица Асайя.
— Тогда и я просто Айна, непривычная я к «выканью» да этикету.
— Хорошо, — тихий смех согрел душу, заставляя улыбнуться в ответ, — ты спасла мне жизнь, Айна, я этого никогда не забуду. Разве ты не помнишь, кто вытащил нас оттуда, из подвала?
Размытая фигура. Легкие движение, шелк волос. «Отданный дар». Бережные касания рук и острые зубы нечистого.
— Фэйри?! — в голосе, против воли, прозвучал страх.
Шайрин лишь качнула головой, перекидывая золотую косу вперед, на грудь.
— Да, посланник Двора Тьмы пришел к нам на помощь.
Двора Тьмы? Посланник? О чем она вообще говорит?
Кажется, это недоумение было написано у неё на лице, потому что, вздохнув и покачав головой, новая знакомая заметила:
— Раз уж ты неплохо себя чувствуешь — одевайся и пойдем на улицу, я там приготовила кое-что. Поедим.
Знатная госпожа ещё и готовит?
— Перестань, не смотри на меня так, — на бледно-золотистой коже заиграл румянец, — возможно, ты считаешь меня эдакой заносчивой аристократкой, которую одевают итора три двадцать слуг, а потом препроводят за руки к накрытому столу… так вот, этого нет. И никогда не было. Иршасс вообще воспитывают в строгости, а будущих магов и дипломатов — тем более.
Дипломантов? Какое-то знакомое слово. На некромантов похоже…
Кажется, она сказала это вслух, вызвав волну смеха — впрочем, совсем не обидного.
— Ты прелесть, Ая! Можно я тебя так называть буду?
Тонкие длинные пальцы в волнении стиснули её — и снова ни малейшего притворства.
Неловко усмехнулась, все ещё не веря в происходящее.
— А я тебя — Шаной — можно?
— Ш-шшана… — посмаковала задумчиво, поглаживая коготками одеяло, — мне нравится, зови! А теперь приводи себя в порядок — и поговорим обо всем. После еды, — заметила строго, — и поднялась, унесясь вихрем куда-то в сторону улицы.
— Очнулась, болезная!