В том, что сказал Каоро, действительно заключался некий кажущийся социальный парадокс. Но, кроме перечисленных, не были учтены такие факторы, как приобретение опыта и ценности, не имеющие выражения в денежном эквиваленте. Трудно было объяснить все это молодому человеку двадцати лет с обостренным чувством справедливости, склонному к экзальтированному патриотизму.
«Хорошо, — думала Кенара, — что он, по крайней мере, пока делится со мной своими соображениями».
Следующие три дня выдались несколько более напряженными в плане графика, но такими же скучными по существу. Юные шиноби переносили тяготы монотонной походной жизни с недосыпами менее стойко, чем их старшие товарищи.
Во время ночного дежурства Кенара перемещалась вокруг лагеря, внимательно оглядываясь по сторонам и прислушиваясь. До нее долетели обрывки разговора Резы и Каоро, которые дежурили на соседних позициях и, видимо, ненадолго сошлись.
— Паутина между Землей и Луной — это бред! — спокойно заявил Яманака Реза. — Меня удивляет твое желание принимать на веру такие сомнительные вещи.
— А меня не удивляет желание шиноби Листа уничижительно отзываться о моих предках, — ответил Каоро.
— Не надо искать какие-то тайные мотивы в моем стремлении рассуждать здраво.
— Тайные? Никакой тайны нет в том, что Листу выгодно всячески дискредитировать Звездопад.
— Ты сейчас занимаешься тем, что раздуваешь конфликт. Какие-то отсталые довоенные замашки, — даже спокойный Реза начал постепенно выходить из себя.
— А ты привык к тому, что перед вами все пресмыкаются, не так ли? — со злой усмешкой сказал Каоро.
— Нет, не так!
— Какое лицемерие… Наверное, случайно получилось, что из равных по положению и званию джонинов командует джонин из Листа, а среди чунинов главным назначается тоже чунин из Листа. Вы не ждете преклонения, но ваше особое положение как бы само собой разумеется — это ты признаешь?
— Напрягись немного и подумай, с чем это связано, — вспылил Реза. — Может, с тем, что Деревня Листа всегда превосходила Звездопад боевой мощью?
— Что и требовалось доказать, — бледнея, произнес Каоро. — Высокомерный ты гад… Об этом я и говорю: вы смотрите на нас свысока. Тебя смешит паутина между Землей и Луной? А может быть дело в том, что наша история древнее вашей и вы не можете этого принять?
— Какой же это бред! — воскликнул, краснея, Реза. — Типичный человек, разъедаемый завистью! Поэтому и в других ничего кроме зависти не видишь!
— Я горжусь своими предками! Они, по крайней мере, были героями, и моя деревня — дом героя, а не плод грызни двух кланов…
— Хватит, — сказала Кенара, встав рядом с чунинами.
— Я еще не закончил… — глаза Каоро сверкнули из-под бровей. На бледном лице ярче проступили веснушки.
— Закончил. Расходимся по позициям.
Она говорила, не повышая голоса, но Реза и Каоро резко повернулись друг к другу спинами и разошлись. С другой стороны полянки в тени деревьев стоял Хьюга Неджи. Он слышал то же, что и Кенара, но наблюдал не только за молодыми людьми, но и за тем, как поведет себя их командир. Он вышел на свет и произнес:
— Считаете, конфликт исчерпан?
Кенара покачала головой. Она думала о Каоро. Холодный голос Неджи вернул ее к действительности:
— Сначала я сомневался в компетенции вашего чунина, а теперь сомневаюсь в вашей. Вы в курсе, что несете ответственность за психоэмоциональное состояние ваших людей?
Куноичи сильно покраснела, и это смущение вдруг сделало ее лицо нежнее, но уже через секунду она поборола его и подняла на командира глаза.
— Он справится, — сказала девушка.
— Я так не думаю, — ответил Неджи.
Кенара молча развернулась и медленно пошла следом за Каоро. Ее уверенность в себе была поколеблена упреком со стороны человека, который пользовался у нее авторитетом. Если в глазах Каоро они были равны, то сама Кенара осознавала, насколько разнятся их опыт и способности. «Он прав, — думала куноичи, — я не умею вести переговоры, не умею убеждать. Я действительно джонин или это лишь формальность?»
— Каоро, — произнесла она, увидев спину юноши, — подойди-ка ко мне.
Чунин неохотно послушался. Он все еще был зол.
— Зачем ты полез в бутылку?